26.5.11

Взгляд на французский суд

19 мая в Париже, в здании "Palais de Justice" на острове Cité, состоялся суд по иску Лолы Каримовой-Тилляевой, дочери диктатора Ислама Каримова. Ответчиком был владелец издания "Rue89" Пьер Аски (Pierre Haski). Предметом разбирательства стала статья журналиста Огюстена Скалберта (Augustin Scalbert) под названием «СПИД: Узбекистан репрессирует дома, но гуляет в Каннах», опубликованная 20 мая 2010 года.
(справа налево): Директор Rue89 Пьер Аски, 
журналист Огюстен Скалбер и адвокат издания Антуан Конт
Elena Servettaz / RFI

В иске Лолы Каримовой-Тилляевой несколько претензий:
- корреспондент издания Огюстен Скалбер назвал ее отца – главу Узбекистана Ислама Каримова - диктатором;
- истец считает, что журналист намеренно использовал слово «отмывать», которое на французском языке имеет двоякий смысл: «отмывать имидж» и «отмывать деньги». По мнению Лолы Каримовой, читатели могут решить, что она как посол Узбекистана в ЮНЕСКО и глава благотворительного фонда «Ты не одинок» и ее сестра Гульнара, посол Узбекистана в штаб-квартире ООН в Женеве и Испании, основатель благотворительного «Фонда Форум», занимаются отмыванием денег;
- возмутило Лолу и то, что автор статьи написал о выплате ею 190 тысяч евро итальянской актрисе Монике Беллуччи за участие в благотворительном бале в Версальском дворце в Париже в феврале 2010 года.

Я участвовала в суде по приглашению стороны защиты издания "Rue89" и рекомендации Международной Федерации за права человека (FIDH). Кроме меня были приглашены еще два свидетеля: бывшая политзаключенная из Узбекистана Мутабар Таджибаева и корреспондент издания «Bakchich.info» Анаэль Верзо (Anaëlle Verzaux ).

В зал судебного заседания нас ввела ассистент суда. Широкоплечий мужчина средних лет в черной мантии и белым воротником-жабо на пуговицах, секретарь суда, хорошо поставленным голосом произнес: «Встать! Суд идет!». Пришел судья, и нам - свидетелям защиты - предложили пройти в отдельную комнату.

Первой пригласили в зал Мутабар Таджибаеву. Примерно через 35 минут вызвали меня. Подходя к двери зала, я услышала, как Мутабар печально повторяет: «...и я, одна из тысяч. Тысяч!».

Я зашла в зал, где стояло напряженное молчание. Рассказ Мутабар произвел впечатление на присутствующих. Многие смотрели на нее с состраданием, она с трудом сдерживала волнение. Психолог помогал ей успокоиться.

Потом уже от коллег я узнала, что после выступления Мутабар у адвоката Лолы  Каримовой-Тилляевой к ней возникли вопросы. Мэтр Антуан Жермен (Antoine Germain) сказал: «Прежде чем перейти к выполнению моих адвокатских обязанностей и задать Вам несколько вопросов, я хочу сказать, что глубоко сопереживаю и понимаю, насколько трудно Вам было пройти такие испытания...». Нет сомнения, Антуан Жермен был искренен. Хотя стоит отметить: это сказал адвокат Лолы Каримовой-Тилляевой, которая отрицает, что она дочь диктатора.

Секретарь подвел меня к металлическим перилам напротив судейского стола. По обе стороны от меня стояли адвокаты. После проверки моих персональных данных я поклялась говорить правду.

На суде я представляла французскую ассоциацию «Права человека в Центральной Азии». Еще в январе 2008 года, после президентских выборов в Узбекистане, наша организация заявила в пресс-релизе о том, что в Узбекистане наступило антиконституционное правление Ислама Каримова. С тех пор в своих документах мы не называем И.Каримова президентом Узбекистана.

"Каков Ваш статус во Франции?", – спросил меня судья.

Я ответила: «Я – политэмигрантка. 10 лет каждое утро я просыпаюсь с мыслями о своей стране. Мне больно говорить о происходящем на родине, где жизнь человека не представляет никакой ценности! И для меня даже не возникает вопроса, диктатор Ислам Каримов или нет. Он - диктатор!». Эти слова буквально вырвались из моей души.

Затем адвокат "Rue89" Антуан Комт (Antoine Comte) попросил меня: «Расскажите нам о политической системе Узбекистана, и какую роль в ней играют дочери Ислама Каримова».

Я ответила: "В Узбекистане созданы все структуры власти, внешне характеризующие демократическое общество. Однако большинство в стране живет в страхе, потому что зависимы от своеволия Ислама Каримова и своенравности его избалованных дочерей. От них зависят судьбы миллионов людей.

С апреля 2000 года по июль 2002 года я обращалась во все компетентные инстанции Узбекистана с жалобами на нарушение моих прав. При мне список всех этих госучреждений и заверенные копии почтовых квитанций. Я предоставляю их французскому суду: никто из представителей узбекской власти мне так и не ответил на эти обращения. Вот такое отношение к гражданам Узбекистана в кабинетах охранителей каримовской власти.

В нашу организацию поступила информация о 19 случаях смерти заключенных, на теле которых были следы побоев и других насильственных действий. Мы имеем все персональные данные этих жертв и передали их в соответствующие инстанции. Ни по одному из этих случаев не было проведено расследование, вот цена демократии в Узбекистане...".

"Какую пользу приносят своей стране дочери Ислама Каримова?", – снова спросил меня адвокат "Rue89".

"А какая может быть польза стране от показов моды, которые устраивает Гульнара Каримова? Она тратит на них деньги, чтобы показать себя на Западе. Кому из узбекских модельеров позволено с ней конкурировать? Разве кто-то посмеет? Любые модельные разработки из Узбекистана известны на Западе как принадлежащие Гульнаре Каримовой.  А кто еще во время своей дипломатической карьеры занимается  дизайном одежды и ювелирных изделий, проводит показы мод? Гульнара Каримова проводит встречи на высоком уровне чаще, чем министр иностранных дел Узбекистана.

Лола, младшая дочь Каримова, устраивает благотворительные вечера, на которых принимают участие знаменитости. Как выясняется, Лола Каримова находит пути и платит за участие знаменитостей в этих встречах, а не они вносят пожертвования в пользу ее попечителей.

Создается впечатление, что благотворительные фонды, принадлежащие дочерям Ислама Каримова Лоле и Гульнаре и его жене Татьяне Каримовой, служат им лишь для того, чтобы завоевать доверие западной элиты и удовлетворить свои чрезмерные амбиции. Они - самые близкие родственники узбекского диктатора, который 22 года вопреки Конституции самоправно удерживает власть в Узбекистане. Знает ли общественность, откуда поступают средства в эти фонды? Нашей организации известны два случая, когда приближенные дочерей Ислама Каримова вымогали деньги и имущество у успешных узбекских предпринимателей".

"Вы лично знакомы с Лолой Каримовой?", – спросил меня ее адвокат Антуан Жермен (Antoine Germain).

"Нет".

"Вы лично как-то соприкасались с фондом Лолы Каримовой?".

"Я покинула Узбекистан в марте 2000 года. В то время Лола еще не была публичной и влиятельной фигурой. Информация, которую я здесь представляю, - из архива нашей организации".

После меня свидетельствовала журналистка Анаэль Верзо.

Как теперь выяснилось, журналистка Анаэль Верзо принимала участие благотворительном вечере в Версальском дворце в феврале 2010 года. Она принесла в суд документы, среди которых была смета расходов на этот вечер. Адвокат Лолы Каримовой занервничал, увидев смету: в ней была указана организация, средствами которой распоряжается Лола Каримова-Тилляева, перечислившая 230 тысяч евро за обеспечение участия в благотворительном вечере Моники Беллуччи. Он возмущенно задавал вопросы: "Что это такое? Где здесь написано "Лола Каримова"?".

Журналистка Анаэль Верзо продолжала объяснять, что в своей статье для издания «Bakchich.info» занизила сумму, потраченную организаторами на участие Моники Беллуччи. Так она скрыла свой источник информации. Вот так появилась в ее статье сумма 190 тысяч евро, вместо 230 тысяч евро, реально выплаченных за участие Моники Беллуччи.

Суд приобщил документы, представленные Анаэль Верзо, к материалам дела по иску Лолы Каримовой. Было видно, что адвокат "Rue89" этим очень доволен.

Допрос журналистки Анаэль Верзо занял не более 10 минут.

Суд продолжился. Адвокат истицы начал свою речь с ответа на мой вопрос: «...откуда поступают средства в благотворительный фонд Лолы Каримовой?». И выяснилось следующее. Оказывается, Европейский союз выделил фонду Лолы Каримовой 3 миллиона 700 тысяч евро. И три авторитетных представителя международных организаций направили в суд письма, в которых высоко отметили ее "особый вклад в развитие общественно значимой деятельности". Имена известных политиков адвокат не назвал, но их письма передал для приобщения к материалам суда. Мне удалось выяснить, кто ходатайствовал в поддержку Лолы Каримовой-Тилляевой:
- глава представительства UNICEF в Узбекистане Жан-Мишель Дельмотт;

Интересно, гонорар Монике Беллуччи тоже был выплачен из этого гранта Евросоюза? И как на это посмотрят европейские налогоплательщики?

А потом был показан документальный фильм о благотворительной деятельности Лолы Каримовой-Тилляевой. Помощь инвалидам действительно важна, поэтому я внимательно смотрела его. Французскому суду показали игровые и спортивные комнаты для инвалидов со специальным оборудованием, опрятных детей и рядом с ними - позирующую перед телекамерами Лолу Каримову. Признаюсь, впечатлило! И все это зрелище сопровождалось заискивающей речью на русском языке. Женский голос за кадром часто повторял: «Лола Исламовна очень любит инвалидов...». И что тут скажешь? Инвалидов в нашей стране становится все больше и больше, похоже - пропорционально количеству заключенных и рабов, собирающих хлопок.

Потом судья объявил перерыв.

Через пять минут начались прения. И опять взял слово адвокат Лолы Каримовой. Он начал с того, что шел на суд по иску о клевете со стороны журналиста, а оказался на политическом процессе. Претензию по поводу того, что Лола Каримова была названа дочерью диктатора, адвокат уже не затрагивал. Он заявлял, что раз в статье было использовано слово «отмывать», значит имелось в виду "отмывание денег". Увлекшись своими рассуждениями, мэтр Жермен вдруг стал обвинять издание "Rue89" в использовании недобросовестной информации, что якобы стало причиной нескольких судебных разбирательств.

Адвокат "Rue89" в своем выступлении задал вопрос отсутствующей в суде истице Лоле Каримовой: «А посол какого государства не отмывает имидж своей страны? Его профессиональная обязанность - представлять ее с лучшей стороны, и в этом случае совсем уж неуместно придираться к фразам журналиста».

Речь прокурора произвела на меня большое впечатление. Мадам прокурор сделала вывод: в статье журналиста Огюстен Скалбер нет намека на отмывание денег. Лоле Каримовой не понравилось критическое мнение журналиста, но у него есть право свободно выражать свое мнение. И у мадам Лолы Каримовой это право есть, но она им не воспользовалась. А сразу подала на журналиста в суд. Свобода слова защищена французскими законами. Каждый человек вправе выражать свои убеждения, а журналист - тем более.

Взял слово и ответчик - владелец издания "Rue89" Пьер Аски. Он опроверг утверждения адвоката Лолы Каримовой о том, что журнал погряз в судебных разбирательствах и выплачивает разорительные штрафы по искам за клевету: "Да, нам несколько раз приходилось быть на суде, но откуда Вы взяли, что мы проигрываем суды? Напротив, мы всегда выигрываем. Сам факт того, что против нас подают иски, говорит о том, что мы поднимаем острые темы. Ваша критика журналиста необснована. Огюстен Скалберт - профессиональный журналист, и наши читатели ему доверяют".

На этом суд был объявлен закрытым. Все вышли в холл и стали обмениваться  впечатлениями. Я подошла к журналисту Огюстену Скалберту и передала ему письмо узбекского журналиста Хуснутдина Кутбитдинова с выражением уважения и поддержки. В ответ Огюстен смущенно сказал: «Я просто написал то, что думаю...».

Больше трех часов я наблюдала разбирательство по иску Лолы Каримовой к изданию "Rue89" и невольно сравнивала французское правосудие с узбекским. За последние шесть лет в Узбекистане приговорены к лишению свободы почти 30 журналистов и писателей, многих из них за критику осудили по статье 159 УК РУз (посягательство на конституционный строй). А убийства писателя Эминжона Усманова и депутата парламента Узбекистана, члена Общества прав человека Узбекистана Шовруха Рузимурадова не расследуются с 1991 года.

Впечатлил меня не столько дух истории, сохранившийся в этом судебном помещении, сколько поведение участников процесса. В полной мере проявилась состязательность сторон; они вели себя уверенно, проявляли уважение друг к другу. Судья внимательно отнесся к информации о практике пыток в Узбекистане, хотя речь и шла о другой стране.

Понятно, что диктатор Ислам Каримов и его посланцы-дочери не могут повлиять на французский суд.

Решение суда по иску Лолы Каримовой станет известно 1 июля 2011 года.

А 24 мая я получила сообщение о том, что 25 мая 2011 года в посольстве Узбекистана во Франции пройдут дебаты с участием делегации из некоего Института гражданского общества Узбекистана - организации, созданной узбекскими властями. На эту встречу приглашаются все граждане Узбекистана, проживающие в Париже. Тема обсуждения, конечно, интересная: "Усиление роли гражданского общества и негосударственных организаций Узбекистана". Желающие могли подтвердить свое участие по факсу:  01.53.30.03.54.

Если кто -то побывал на этом мероприятии, расскажите, пожалуйста: как же все-таки видят узбекские власти усиление гражданского общества Узбекистана во Франции? Я уверена, что эта кампания начата после суда по иску Лолы Каримовой-Тилляевой.
Надежда Атаева